Сайт посвящается светлой памяти
Даниэля бен Яакова свеча тора

 

Три сына богатого и праведного еврея Йеуды таинственно умирают в ночь перед обрезанием каждого из них.
Йеуда по просьбе жены едет к раву Шалом Доберу за благословением.
Два условия рава.
Ночь перед обрезанием четвертого сына.
Чудесный нищий.
Гигантский кот, крадущийся к двери спальни младенца, получает побои от таинственного нищего.
Разгадка тайны в доме помещика.
Как был наказан злодей-антисемит.

После того, как все левиты были освящены на служение в Храме и очищены от всех видов тумы – ритуальной нечистоты, как рассказывается об этом в предыдущей главе, пришел Корах в свой шатер в одеждах, выстиранных в водах миквы – ритуального бассейна, и обритый весь с ног до головы – без единого волоска на теле. Таков был ритуал посвящения левитов в храмовую стражу, согласно слову а-Шема. Увидала его жена. А была она злой и насмешливой женщиной… И стала она смеяться над Корахом:
- Ха-ха-ха! Ой, как смешно! Кто сделал из тебя такое безволосое чучело?! Хи-хи-хи! И твои прекрасные дорогие одежды стали мятыми после стирки, как будто бы их корова пожевала! Ой, не могу сидеть от смеха! Сейчас я от смеха упаду под стол! Хи-ха-хи!
Корах покраснел от стыда и злобы и сказал:
- Так сын Амрама (Моше) велел нам поступить по слову а-Шема.
- Ой, смехота! Хи-хе-хе! – еще сильнее засмеялась жена Кораха, – А что еще велел сделать вам сын Амрама?
- Еще Аарон по слову Моше поднял каждого из нас на руки перед а-Шемом и покачал, как это делают с лулавом в праздник Суккот.
- Хи-хи-хи! Ха-ха-ха! – засмеялась злодейка, – не может быть, чтобы а-Шем велел делать такие глупости! Все это Моше выдумал от себя, чтобы посмеяться над вами!
Она назвала глупостями ЗАПОВЕДЬ А-ШЕМА!!! Какое страшное преступление! Какое злодейство! И сказала, будто Моше выдумывает от себя! А ведь Моше никогда не сказал ни одного закона, которого бы не повелел ему а-Шем! И стала злодейка дальше смеяться над Торой и законами а-Шема:
- Что вы учили в ешиве сегодня? – спросила она.
- Мы учили заповедь о цицит, – ответил Корах, – Если одевает еврей одежду, у которой есть четыре угла, то обязан вплести в края этой одежды нити цицит: три белые и одну цвета тхелет в каждый из углов одежды.
- Хи-хи-хи! – засмеялась злодейка, – Я сошью тебе и всем твоим друзьям одежду с четырьмя углами из нитей цвета тхелет. Спроси у Моше, нужны ли цицит для такой одежды? Если он скажет, что нужны – посмеетесь над ним. Ведь даже одна нить цвета тхелет делает кошерной целую одежду. А если вся одежда сшита из нитей тхелет – тем более ей больше ничего не нужно. А если Моше скажет, что одежде из тхелет не нужно цитит, то скажешь ему
, что и евреям не нужен пророк Моше. Ведь все евреи стояли у горы Синай и слышали слова а-Шема. Все стали пророками, так зачем нам пророчество Моше? Как нить тхелет для одежды из тхелет!
- А что еще придумал вам сын Амрама?
- Заповедь о мезузе. На двери, ведущей в жилище еврея должна висеть справа мезуза. В ней на пергаменте написаны отрывки из Торы, хранящие евреев в доме от всяких бед…
- Хи-хи-хи! Спроси у Моше, нужна ли мезуза на двери дома, наполненного свитками Торы? Если он скажет, что нужна – посмейтесь над ним. Если один кусочек пергамента со словами Торы может защитить дом еврея от беды, то полный дом свитков Торы – тем более! А если он скажет, что мезуза в таком доме не нужна, то скажите, что и Моше с Аароном не нужны евреям. Ведь все евреи получили Тору у горы Синай, все стали подобны свиткам Торы. Каждый может сам учить Тору. Зачем нам Моше и Аарон, как мезуза на дверях шатра, наполненного свитками Торы?
Так злодейка высмеяла одну за другой все заповеди а-Шема, которые евреи выучили у Моше. И в каждой заповеди придумала причину, чтобы сказать, что Моше и Аарон не нужны евреям…
И сегодня есть злодеи, говорящие, будто евреям не нужны мудрецы и раввины. Что каждый еврей может сам быть себе равом и учить Тору не так, как а-Шем передал ее нам через Моше, а так, как «учила» Тору злодейка-жена Кораха…
И пошел Корах искать себе «друзей» для того, чтобы устроить посмешище из Торы и из Моше рабейну… Ой – злодею! И, ой – соседу злодея! Все, кто присоединился к Кораху в затеянной им ссоре – все они получили наказание от а-Шема! Самыми ближними соседями семейства Кеат были евреи из колена Реувена. Среди них то и нашел Корах двух злодеев – Датана и Авирама, которые ссорились с Моше и вредили ему еще со времен жизни в Египте… И с ними уговорили пойти еврея по имени Он бен-Пелес из колена Реувена.
Стал Корах уговаривать самых уважаемых и праведных среди колена Реувена – судей и глав семейств. Он сказал им, что Реувен был первенцем Яакова, и ему полагается царская корона, первосвященство и двойная доля в наследстве в Эрец Исроэль. Так почему же Первосвященником стал Аарон из колена Леви? Потребуйте себе первосвященство! Так уговаривал он их. И праведные евреи послушали Кораха. Так им хотелось приблизиться к а-Шему и службе в Храме! Двести пятьдесят уважаемых евреев согласились поддержать ссору Кораха за право священнослужения в Храме. Большинство из них были из колена Реувена. Горе – злодею, и горе – соседу злодея!
Всем, кто согласился стать сообщником Кораха, жена Кораха сшила одежды цвета тхелет с четырьмя углами без цицит… И вышли они перед Моше и Аароном, и стали говорить Моше все те обидные вещи, которые придумала жена Кораха. И Моше очень испугался, что не сможет выпросить у а-Шема прощение для евреев. Ведь уже четвертый страшный грех совершают евреи против а-Шема: первый – золотой телец (и молил Моше а-Шема о прощении), второй – когда возмущались в месте, названном Тавъэра (и молился Моше за евреев), третий – грех разведчиков-мераглим (и упросил Моше а-Шема не наказывать весь народ строго). И вот – четвертый бунт. Сможет ли Моше выпросить прощение у а-Шема? И пал Моше лицом вниз перед а-Шемом, и плакал…
И сказал Моше мятежникам, что утром следующего дня будет суд между ними. И укажет а-Шем, кто избран для служения при Храме, а кто для священнослужения. Пусть возьмут все спорщики лопатку с благовонием «кторэт» и принесут перед а-Шемом. И тот, чей корбан примет а-Шем – тот и есть избранный им Первосвященник. Но, будьте осторожны! Ведь Первосвященником может быть только один человек, а все остальные будут наказаны, как Надав и Авиху – сыновья Аарона, принесшие кторэт без разрешения в Мишкан, и сгоревшие от огня а-Шема, вошедшего им в ноздри! И укорил левитов, пошедших за Корахом, Моше.
Моше надеялся, что за ночь одумаются евреи, и не станут продолжать ссору. Но Корах не спал всю ночь. Ходил он от шатра к шатру, собирал евреев и рассказывал им небылицы – злословие о Моше и Аароне:
- Слушайте, слушайте! – сказал Корах, – Жили-были вдова и две ее дочери среди нас. И было у них одно маленькое поле. Сеяли они пшеницу и ячмень – и питались своим урожаем. Но пришел Моше, запретил им пахать поле на осле и быке, в одной упряжке, и сказал, чтобы оставляли они «пеа» на краю поля, «лекет» и «шихеха» в поле для бедняков. Пришел Аарон и велел им отделить от урожая «труму» для него и «маасер». Увидела вдова, что нет им спасения от Моше и Аарона, и продала поле, а на вырученные деньги купила овечку, чтобы торговать ее шерстью и пить овечье молочко. Но пришел Аарон и велел отделить от шерсти «решит а-гез» – первую состриженную шерсть. Поскорее зарезала вдова овечку, чтобы съесть ее. Но вновь пришли Моше и Аарон и запретили есть «хэлев» – жир, который возлагают на жертвенник, «гид а-ноше» из бедра,запрещенный еще Яаковом после схватки с ангелом Эйсава, велели отделить коэнам челюсти и правую переднюю лапу овцы – дары коэнам. Остались бедная вдова и две ее сиротки дочери без ничего и умерли от голода! Ы-ы-и-и-и! – сделал вид, что заплакал Корах.
Поверили евреи Кораху и очень рассердились на Моше и Аарона. И никто из них не заметил, что вся эта выдумка не могла произойти в пустыне! Ну откуда в пустыне может быть поле у вдовы??? Разве в пустыне сеяли евреи и собирали урожай? И как могли евреи в пустыне умереть от голода, когда каждый день выпадал ман?!! Вся эта история от начала до конца была выдумана Корахом, чтобы поссорить евреев с Моше и Аароном.
И позвал Моше Датана и Авирама, чтобы поговорить с ними и заключить мир. Но сказали злодеи: «Не поднимемся!» И верно – не суждено им было подняться из той ямы, в которую они сами себя загоняли своими грехами, ссорами и злодейством!
А Он бен-Пелес, которого Датан и Авирам уговорили пойти с ними вместе смеяться над Моше, пришел домой и рассказал своей жене об этом.
- Гевалт! Спасите! – воскликнула праведница, – Как можно смеяться над равом и учителем всего еврейского народа? И зачем?
- Чтобы Корах стал главой народа вместо Моше, – ответил Он.
- Какая тебе разница, кто глава народа – Моше или Корах? Ты все равно не будешь главой. Не ходи!
- Но я же обещал…
И тогда жена Она напоила его крепким вином и уложила спать. А когда пришли Датан и Авирам звать его утром, села у дверей шатра, сняла покрывало со своей головы и стала расчесывать волосы… Вы ведь знаете, что евреи никогда не смотрят на волосы чужой жены. Это очень нескромно. И, хотя Датан и Авирам были злодеями, но законы скромности соблюдали строго. Сунулись было они в шатер, наткнулись на женщину, расчесывающую волосы, и поскорее ушли от нее. А Он бен-Пелес проспал весь день до вечера, и не знал ничего, что произошло с ними. Так праведная жена спасла своего мужа от греха и от страшного наказания!
Утром пришли к Мишкану двести пятьдесят евреев, желавших первосвященство. И Корах с ними. Все они держали в руках медные совки, наполненные «кторэт» – благовонием, чтобы вознести его перед а-Шемом.  И собрались все евреи посмотреть – что же произойдет… Пришел и Аарон со своим совком с кторэт.
И встал Моше, и пошел сам к Датану и Авираму ради восстановления мира и согласия. А злодеи вышли из своих шатров со всеми своими семьями. Встали у дверей БЕЗ МЕЗУЗЫ. Все они были одеты в одежды из тхелет БЕЗ ЦИЦИТ! И стали они насмехаться над Моше…
И сказал а-Шем Моше:
- Выйди из среды этих людей, и Я уничтожу весь этот народ! А новый народ праведников сделаю из твоих потомков!
И взмолился Моше:
- А-Шем! Читающий мысли в сердцах людей! Разве может получить наказание весь народ за грех одного злодея?! Смилуйся над Твоим народом!
И ответил а-Шем:
- Я знаю, кто согрешил Мне! И накажу виновных! Скажи евреям, чтобы отошли подальше от жилищ этих злодеев!
Моше обратился к евреям:
- Скорее отойдите от шатров грешников! Ведь сейчас раскроется РОТ ЗЕМЛИ, и проглотит всех злодеев и все их вещи!
И вздрогнула земля!!! И расступилась… И открылся прямо под ногами злодеев РОТ ЗЕМЛИ!!! И провалились они, и все их семьи и шатры, богатства и мебель в глубины! И потянула воздух в себя земля… И все вещи грешников всосала она в себя. Даже иголка грешника, которую он дал попользоваться другому еврею, взлетела со своего места и понеслась за своим хозяином в недра земли!
И бросились  евреи прочь от страшных ям, открывшихся под злодеями! А злодеи падали прямо в Гейином, где проходят наказание души грешников. И по сей день они там! И кричали они падая: «Моше – праведник! И Тора – Истина! А мы – обманщики и злодеи!» Есть место в пустыне, где и сегодня можно услышать их крики из-под земли!!!
А Корах и двести пятьдесят его сообщников, пришедших воскурить кторэт, были сожжены огнем а-Шема, спустившимся с Небес. И горя в огне, полетел Корах в Гейином за Датаном и Авирамом…
Лишь сыновья Кораха спаслись. Они стояли рядом с грешниками и думали о том, что нехорошо поступил Корах, вызвав ссору и раздор среди евреев. И было им стыдно. И раскаялись они… Когда же открылся РОТ ЗЕМЛИ у них под ногами, то сделал а-Шем чудо внутри чуда: остался крохотный клочок земли, как тонкий столб из бездны, в точности под ногами раскаявшихся сыновей Кораха. Вот какова сила раскаяния – тшувы! И спаслись они, и от них то и пошли те праведные потомки, которых видел Корах в своем пророчестве.

КОРАХ.

Когда евреи вышли из рассеченных а-Шемом вод Красного моря, то увидели они своих бывших господ и поработителей – египтян – мертвыми на берегу моря. Их самих, разодетых в сверкающие драгоценностями военные наряды, и их колесницы, украшенные золотом и самоцветами, и их коней сверкающих драгоценными камнями, вплетенными в гривы и украшающими седла и удила! И собирали евреи на берегу моря несметные богатства египтян. Как и обещал им а-Шем, вышли они из Египта с огромной добычей. Уже пришло время идти дальше, а многие из евреев все собирали золото и драгоценности вдоль берега. Пришлось Моше каждого еврея за руку оттаскивать от берега, чтобы могли мы двинуться дальше. И больше всех драгоценностей собрал Корах сын Ицхара из колена Леви – двоюродный брат Моше и Аарона. Так велико было богатство Кораха, что ключи от сундуков, в которые он сложил все золото, серебро и самоцветы, пришлось тоже складывать в сундуки! Сорок могучих верблюдов несли сундуки с ключами! А за ними шли верблюды и ослы без числа, груженые сундуками с богатствами. До сих пор, когда хотят сказать о человеке, что он очень богат, говорят: «богат, как Корах»! И от такого великого богатства загордился Корах… Стал он смотреть на других евреев не так, как смотрит брат на своих любимых братьев, а так, как смотрит богач на тех, кто беднее него. Стал Корах одеваться в княжеские одежды и отрастил себе длинные красивые волосы, которые завивал так, как это могли делать только важные египетские вельможи! Не подумайте, что Корах был глуп или не знал Торы или, не дай Б-ог, не верил в а-Шема. Был он очень умен и хитер, знал всю Тору наизусть от начала до конца, мог ответить на любой вопрос, и даже видел пророчества от а-Шема! Но, как сказали наши мудрецы, золото ослепляет человека, если добыто оно без труда и заслуг. Вы спросите, что за пророчества видел Корах? Видел он своих потомков: внуков и правнуков, которые родятся от него; видел двадцать четыре почетных караула левитов из своих потомков, несущих службу при Храме, все они полны святости и пророчества; видел своего великого потомка – пророка Шмуэля – равного в величии Моше и Аарону, вместе взятым, как сказано о нем в Псалмах Давида! И уверил себя Корах, что не может а-Шем наказать такого важного и богатого человека, как он.
Мудрецы задали вопрос: – Зачем а-Шем создал человека с двумя глазами, а не с одним?
И сами же дали ответ: – Одним глазом человек должен смотреть на себя и сравнивать свои качества, заслуги и успехи с другими людьми. Чтобы знал он свое место среди людей и старался улучшить свои качества, увеличить заслуги и достигнуть высот в своих знаниях и умениях. А другим глазом он должен смотреть на а-Шема и видеть величие Творца над собой. Чтобы знал он свое место в мире и не возгордился над ближними своими, зная насколько сам он мал в праведности, силах и знаниях по сравнению с Создателем своим.
Кораха подвел его глаз! Он знал о своем величии среди людей, но забыл о своей ничтожности перед а-Шемом… Когда а-Шем повелел сосчитать левитов и назначил глав над каждым из семейств колена Леви, то Корах ожидал, что главой семейства Кеат а-Шем назначит его. Ведь у Кеата было четыре сына: старший – Амрам, а за ним Ицхар, Хеврон и Узиэль. Сыновья старшего сына Амрама – Моше и Аарон – один из них стал главой над всем народом, а другой Первосвященником. Корах был сыном следующего брата Ицхара. Значит, подумал Корах, мне и следует быть главой семейства Кеат. Но а-Шем решил иначе! И главой семейства Кеат был назначен Элицафан сын Узиэля – младшего из всех братьев… И обиделся Корах до слез! На кого обиделся Корах? На а-Шема?!!! Но не мог же он поссориться с а-Шемом… И решил Корах в сердце своем спорить с Моше и требовать себе первосвященство.

Продолжение следует…

 

Рассказ о том, как Накдимон бен-Гурион занял у богатого римлянина 12 источников с водой, чтобы напоить евреев, пришедших в Иерусалим на праздник.
аШем сделал явные чудеса, чтобы Накдимон смог вернуть воду римлянину точно в срок.
О важности молитвы о дожде.

                                                                                      Недельная глава ШЛАХ.

Когда евреи подошли к границам Эрец Исроэль, заволновались они. Действительно ли Земля Израиля так хороша, как сказал а-Шем? Земля, текущая молоком и медом? А сможем ли мы победить народы, живущие в ней? Евреи привыкли, что во время их похода по пустыне а-Шем заботился о них, давал им ман для еды и воду для питья. Все понимали, что в Эрец Исроэль им придется самим добывать себе еду: пахать, сеять, выращивать урожай… И будет ли у них время изучать Тору? И захотелось многим из нас остаться в пустыне… Пришли к Моше евреи и попросили:
- Мы хотели бы послать впереди нас в Страну Израиля разведчиков – «мераглим».
- Зачем посылать разведчиков? – удивился Моше, – Разве вы не знаете, что а-Шем идет вместе с нами? Он, Благословен, все видит и все знает! А-Шем не позволит никаким врагам напасть на нас или причинить нам зло.
- Да, ведь а-Шем обещал, что мы получим все богатства злодеев, которых Он изгоняет со Своей земли, из Эрец Исроэль, – ответили Моше евреи, – Наверняка и эти злодеи знают, что все их добро должно достаться нам. Сейчас они уж точно прячут все свои драгоценности. Закапывают золото в землю, замуровывают серебро в стены глубоких погребов, драгоценные камни и кувшины с благовониями и вином прячут на дне рек и озер… Выходит, что мы, придя в Израиль, не получим обещанных а-Шемом ценностей! Разве можно допустить, чтобы обещание а-Шема оказалось неправдой? Мы хотим послать разведчиков, чтобы они высмотрели все места, куда кнаанейцы прячут свои богатства. Тогда мы легко сможем найти их, и слово а-Шема останется правдой!
Моше подумал и согласился со словами пришедших к нему. Ведь он не знал их настоящих замыслов. Не знал, что не хотят они входить в Землю, Обетованную а-Шемом их праотцам…
Моше спросил разрешения у а-Шема послать разведчиков в Эрец Исроэль.
- Если ты считаешь нужным послать разведчиков, то пошли их, – ответил а-Шем, – Но если они идут с недобрыми мыслями, то и я дам им возможность совершить ошибку! Отправь же самых праведных и достойных евреев!
И Моше выбрал самых лучших из евреев. От каждого колена по одному. Только от колена Леви никто  не пошел. Ведь а-Шем не дал колену Леви надела в Эрец Исроэль. Наделом колена Леви стал Храм и служба в нем.
Ученик Моше – Ошеа бин Нун – стал посланцем от колена Эфраима. Моше от всего сердца благословил его. И добавил в его имя букву «йуд». Теперь его имя стало Йеошуа, что означает «а-Шем спасет тебя». Так Моше постарался спасти своего ученика от греха и ошибки, о которой предупреждал его а-Шем. Откуда Моше взял букву «йуд», чтобы подарить ее своему ученику? Ведь каждая буква в Торе сосчитана а-Шемом и имеет огромное значение и власть над сотворенным Им миром! Вы помните великую праведницу – нашу праматерь Сару? Вначале ее звали Сарай. Когда а-Шем благословил Авраама и Сару, чтобы у них могли родиться дети, то добавил Авраму букву «hэй», чтобы получилось имя Авраам, и Сарай тоже букву «hэй», чтобы получилось имя Сара, а букву «йуд» а-Шем забрал из ее имени. Очень огорчилась буква «йуд», что ее забрали из имени праведницы. Пришла она к а-Шему и стала плакать и просить не выкидывать ее из святой Торы! А-Шем утешил букву. Он сказал:
- Буква «hэй» – пятая буква алеф-бэйса. И ее значение равно пяти. А ты – «йуд» – десятая буква, и твое значение десять. Я дал Саре и Аврааму каждому по букве «hэй» – пять и еще пять – вместе это равно десяти. Это и есть твое значение дорогая буква «йуд». Оно осталось в Торе, но только разделилось поровну между Сарой и Авраамом!
- Но теперь меня не видно! – ответила буква «йуд», – И в имени великой праведницы меня уже нет!
- Я дам Моему служителю Моше – тому, кто передаст всю Тору Моему народу – право поставить тебя в имя другого праведника. И не в конце имени, как ты была у Сарай, а в самом начале: Йеошуа!
Обрадовалась буква «йуд». И стала она первой буквой в имени любимого ученика Моше рабейну.
А знаете, почему Йеошуа называли «бин-Нун»? Ведь «нун» – это рыба на арамейском языке! Когда злодеи египтяне бросали еврейских мальчиков в реку Нил, то один из них спасся необычным чудесным образом. Его проглотила огромная рыбина, а когда ее поймали и разрезали, то обнаружили в ее животе живого малыша! Так его и назвали – сын рыбы – бин-Нун!!! Как же были рада мама, когда нашла наконец-то своего любимого малыша!
Моше велел разведчикам начать свой путь с засушливого юга Израиля, чтобы они смогли убедиться, что даже самая худшая часть нашей земли – прекрасна и плодородна. А потом подняться на горы Иудеи, чтобы посмотреть на всю страну с высоты, увидеть ее могучие деревья, множество людей, кормятся ее благословением. Если сидят ее жители в укрепленных городах – значит слабы они и боятся войны, если же сильны и никого не боятся – то селятся свободно, где захотят, и не строят высоких стен вокруг городов. Так наставлял разведчиков Моше. И посмотрите, как много в нашей стране источников и подземных ключей, дающих чистую и вкусную воду. И особенно внимательно проверьте, нет ли среди злодеев, которых а-Шем хочет изгнать из Святой Земли, чтобы отдать ее нам, праведника, заслуги которого могли бы защитить всех жителей этой страны!
Такой праведник был в стране. Звали его Йов. Но в тот же день, когда разведчики отправились в Эрец Исроэль, а-Шем забрал душу Йова на Небеса, чтобы он не получил наказания вместе со злодеями, и не помешал евреям войти в Землю Израиля.
Когда разведчики вошли в страну, только-только начинал созревать первый виноград. Увидели разведчики, как огромная толпа плачущих людей хоронит Йова. И еще множество похорон увидели они. А-Шем нарочно устроил так, чтобы все злодеи были заняты похоронами, и не заметили разведчиков евреев. Но разведчики решили, что это воздух страны заставляет множество людей умирать… Это «йецер а-ра» начал потихоньку нашептывать у них в животе дурные мысли.
От колена Йехуды отправился в разведку замечательный еврей по имени Калев бен-Ифуне. Его сердце – «лев» – всегда было с а-Шемом. Когда услышал Калев голос «йецер а-ра» у себя в животе, то задрожал он от страха! Как же я спасусь от греха? Какая заслуга поможет мне избежать дурного начала? И решил Калев скорее идти в Хеврон к могилам праотцов Авраама, Ицхака и Яакова. Он упал на могилы праотцов и горько заплакал: «Авраам! Против всего мира ты встал, прославляя а-Шема! Не побоялся огненной печи! Велика твоя заслуга! А-Шем! Ради заслуг праведника помоги мне устоять против «йецер а-ра»! Ицхак! Ты лег на жертвенник, готовясь отдать свою жизнь а-Шему! А-Шем! Спаси меня от дурных мыслей ради моего праотца Ицхака! Яаков! Живя с лжецом Лаваном, сумел ты сохранить свет истины в своем сердце и исполнить все заповеди а-Шема! А-Шем! Защити меня ради заслуг Яакова! Отцы мои! Молитесь за меня перед а-Шемом, чтобы укрепил Он мое сердце!» И поднялись над могилами тени трех старцев! Стали они молиться а-Шему и просить защитить Калева от «йецер а-ра»… И а-Шем сразу услышал молитву праведников! Грозно глянул а-Шем на ангела Смерти – на «йецер а-ра». И от взгляда а-Шема спутались все хитрости ангела Смерти. Зазвучали вокруг него звуки шофара – рога того барашка, который был принесен а-Шему вместо Ицхака. Испугался он и замолчал. И сердце Калева окрепло. Огляделся Калев вокруг себя, и увидел, как прекрасна Страна Израиля! И как страх охватил всех злодеев, живших в ней. Готовы они уже бежать перед евреями. И не могут выступить войной против сынов Израиля.
И Йеошуа не побоялся хитростей Сатана – ангела Смерти. Буква «йуд» из имени Сары защитила его от «йецер а-ра».
А что же остальные десять разведчиков? Ой, ваавой! Они услышали голос «йецер а-ра» и поверили ему… И стали думать, как придут к Моше и всем евреям, и скажут им, что нельзя входить в Эрец Исроэль. Хоть и красива и богата эта земля, но умирают все ее жители. И не смогут победить их евреи. Ведь очень высоки и крепки стены городов кнаанейских. Ворота из железа и тяжелые запоры на них защищают злодеев, прячущихся в городах. И было это в точности наоборт, чем учил их Моше. Ведь, если злодеи боятся и прячутся – значит победить их легко! Вышли разведчики из Хеврона, подошли к Кирьят-Арба (Деревне Четырех великанов). Жили в ней огромные великаны: Ахиман, Шешай и Талмай и их отец Анак. Были они так велики, что невозможно было увидеть их голов в вышине. Казалось, будто солнце запуталось у них в бородах. Нигде, кроме Израиля, не могли бы они найти себе достаточно еды. Ведь в Земле Израиля росли самые огромные и вкусные плоды! Дочка великана вышла из сада, что около ее дома, с огромным сочным гранатом в руке. Она съела все зерна, а кожуру бросила прямо на землю. И была эта кожура так огромна, что все десять разведчиков спрятались в ней!!!
- Папа! Папа! – завизжала великанская дочка, – Смотри скорее! В кожуру моего граната залезли маленькие человечки величиной с кузнечика!
- Ай-яй-яй! – отозвался великан таким голосом, что послышался разведчикам грохотом грома, – Как тебе не стыдно мусорить во дворе? Кожуру надо класть в мусорное ведро, а не бросать на землю! Что это за муравьи завелись в твоей кожуре? И впрямь, они похожи на людей! Не трогай их! Они маленькие и слабые! Не обижай их!
Ничего из разговора великанов не поняли разведчики. От грома их голосов упали они на землю и поскорее уползли подальше. «Как можно захватить страну, в которой живут такие великаны?» – подумали разведчики. Взяли они из плодов Земли Израиля самые некрасивые и незрелые. Взяли они гроздь зеленого и неспелого винограда. И так она была велика, что пришлось нести ее восьми разведчикам вместе, положив на длинные крепкие палки. Еще один разведчик взял огромный гранат с толстой кожурой, и взвалил его себе на спину. А десятый потащил гигантскую инжирину – шершавую и сморщенную. Еле-еле он смог ее поднять…
Йеошуа и Калев не стали нести никаких плодов. Они ведь не собирались говорить дурного об Эрец Исроэль.
Сорок дней шли по Эрец Исроэль разведчики. Когда они вернулись, то собрали всех евреев и стали пугать их всеми страхами, которые принесли с собой. Показали им огромные плоды и сказали, что и все жители Земли Израиля также велики. И нет силы в мире, чтобы победить их!
- Нет силы? – воскликнули Йеошуа и Калев, – А как же а-Шем?!!! Разве может кто-либо устоять против Него?
А десять разведчиков стали спорить и запугивать всех евреев. Не знали евреи, кому верить! А «йецер а-ра» тихонько шептал у них в животе: «Не ходите в Эрец Исроэль! Оставайтесь в пустыне!»
И стали евреи плакать и кричать: «Не хотим умирать от рук великанов! Моше! Не веди нас в Эрец Исроэль!» И было это так плохо в глазах а-Шема, что Он поклялся: ни один из тех, кто плакал, чтобы не войти в Землю Обетованную, не попадет в нее. Все они умрут в пустыне, по которой будут ходить сорок лет. За те сорок дней, которые провели разведчики в Земле Израиля. И только дети их смогут войти в Эрец Исроэль. И десять разведчиков, обманувших евреев, тут же упали мертвыми. Их языки, сказавшие злые слова – лашон а-ра – об Эрец Исроэль вывалились изо рта и стали длинными – до самого пупка! И стали ползать по ним противные жуки…
А а-Шем поклялся, что Йеошуа и Калев, защищавшие Эрец Исроэль от злословия, проживут долгую жизнь. И они войдут в Эрец Исроэль и получат в надел земли, которых лишились за свой грех остальные десять разведчиков. А Калеву а-Шем подарил все земли Хеврона и Кирьят-Арбы вокруг!
Да сбудется поскорее пророчество о днях, когда все евреи вновь соберутся в Эрец Исроэль!

 

Рав Цемах Царфати из Туниса учит Тору, пока не погаснет свеча.
Рав просит у охранника, спящего в пекарне огня, чтобы зажечь новую свечу.
Три раза охранник открывает раву двери пекарни, поднимая тяжелый засов.
Благословение рава.
Таинственный богач.
Абдалла считает монеты в подвале таинственного дома.
Распродажа на площади.
Тот самый дом! Абдалла становится владельцем дома и сокровищ.
Встреча с равом и благодарность.

Город в лесу

Спокойной ночи

Ребе Исроэль

Содержание урока:

История города Бердичева.
Рабби Либер и его молитва.
Охота молодых помещиков.
Падение одного из помещиков с коня и гнев сына помещика Тышкевича.
Страшные побои Тышкевича рабби Либеру.
Молитва рабби Либера и наказание злодею.
Просьбы старого помещика и условие рабби Либера.
Строительство синагоги и города вокруг нее.
Праведная жизнь рабби Либера и его преемника рабби Леви-Ицхака из Бердичева.

Моше никак не мог представить, какой должна быть святая Менора, и Ашем показал ему, какой она должна быть!

Но как смогут Моше и Бецалель сделать её именно такой?

Об этом, и о многом другом вы услышите на этом уроке.

Недельная глава Беаалотха. Аудио-урок для детей.

   ПЕСАХ В ПУСТЫНЕ

Наступил второй год после Исхода евреев из Египта. В месяце нисан, как и повелел а-Шем, исполнили евреи законы праздника Песах, принеся пасхальных ягнят – корбан а-Шему. Случилось это раньше, чем левиты были освящены для службы в Храме. Почему же Тора рассказывает нам об этом позже? Дело в том, что Тора – это не рассказ о делах дней давних, какие пишут ученые истории народов мира. Она написана не по порядку того, что было за чем, а в том порядке, в каком а-Шем повелел ее составить, чтобы научить нас Своим законам. Вместо того, чтобы написать о первом Песахе в пустыне в самом начале книги Бамидбар, а-Шем отложил ее до нашей главы Бэаалотха потому, что эта история намекает на стыдное для евреев поведение. Дело в том, что за все сорок лет в пустыне, евреи только один раз исполнили заповедь о Песахе – в этот первый их Песах в пустыне. Тому были важные причины. В пустыне евреи не могли делать обрезание своим детям из-за опасного пустынного ветра, а необрезанный еврей не имеет права кушать от пасхального ягненка. И все же, несмотря на все причины, а-Шем не захотел начинать книгу Торы с рассказа о том, что могло бы вызвать у евреев чувство стыда. Как же мы должны учиться у а-Шема, чтобы ни одним словом или взглядом, поступком или намеком не нанести обиды или стыда ни одному еврею!
По всем законам Песаха провели праздник евреи в том году. Но были среди них те, кто не смог вовремя принести пасхальный корбан а-Шему. И не было в этом их вины. Были они ритуально нечисты потому, что несли из Египта останки Йосефа и его братьев, чтобы похоронить их в Эрец Исроэль. Это очень важная и святая работа. Но тот, кто прикоснулся к умершему – становится «тамэ» – нечист, и не может приносить корбанот и есть мясо от пасхального ягненка… Очень огорчились эти евреи, что не смогут получить великую заслугу исполнения заповеди о Песахе. Пришли они к Моше и Аарону и горестно спросили: «Лама негора?!!! Почему мы окажемся хуже других евреев?!!! Мы тоже хотим исполнить святую заповедь!»
И сказал им Моше: «Подождите, я спрошу, что повелит а-Шем о вас». Никто, кроме Моше, ни раньше, ни после него, не мог сказать таких слов. Один лишь Моше мог в любое время, когда это ему будет нужно, говорить с а-Шемом, и а-Шем немедля отвечал ему! Любой другой пророк должен был ждать, когда а-Шем сам заговорит с ним, и не мог задать вопрос без разрешения. Как же счастливы мы, что жил среди нас такой великий человек – Моше рабейну, который мог разговаривать с а-Шемом, подобно тому, как разговаривают два любящих друг друга человека!
И а-Шем ответил Моше. Он повелел тем, кто в праздник Песах не смог принести корбан потому, что был нечист или далеко от Храма, принести пасхального ягненка ровно через месяц – четырнадцатого ияра. В этот день они должны были соблюсти все законы Песаха, кроме запрета есть квасное (хамец). Этот день и сегодня называется Вторым Песахом – Песах Шейни.

   ДВЕ СЕРЕБРЯНЫХ ТРУБЫ

Все время, пока евреи шли по пустыне, а-Шем Сам вел их, Сам решал, когда и где им остановиться, когда и куда идти. Но как же евреи узнавали, чего хочет от них а-Шем? Над Мишканом – переносным Храмом, который построили евреи в пустыне по велению а-Шема – постоянно находился облачный столп днем и огненный столп ночью. Когда а-Шем хотел, чтобы евреи начали идти, то столп над Мишканом поднимался и загибался в ту сторону, куда а-Шем хотел направить евреев. А чтобы не было толчеи и беспорядка, а-Шем велел сделать две серебряных трубы сыновьям Аарона. Когда нужно было быстро созвать всех евреев к Мишкану, чтобы передать им важную заповедь или разъяснить всем закон Торы, то сыновья Аарона – коэны – трубили в обе трубы. И весь народ собирался к Моше. Если же трубили только в одну из труб, то соберутся к Моше все главы колен и главы тысяч евреев. Когда коэны видели, что облако над Мишканом поднимается вверх, то подавали сигнал приготовиться к походу. Они трубили длинную прерывистую трель. Такой звук называется «труа». И сразу колена, стоявшие с восточной стороны от Мишкана, начинали собирать свои вещи и складывать шатры. Но вот вновь раздавался звук «труа», и начинали складывать шатры те колена, которые стояли с южной стороны. И так далее, пока весь еврейский народ не будет готов к походу. Тогда произносил Моше: «Встань же, а-Шем, и рассеются враги Твои, и обратятся в бегство ненавистники Твои от лица Твоего!» – и весь народ начинал одновременно идти. Когда же а-Шем хотел, чтобы евреи остановились, то столп, шедший перед ними, останавливался и растекался над народом, как крыша шатра. Немедля произносил Моше: «Обратись, а-Шем, к мириадам тысяч Исраэля!» – и весь народ останавливался на месте и начинал расставлять шатры вокруг Мишкана.
И в дни бедствий, когда нападали на евреев враги, громко трубили коэны в серебряные трубы «хацоцрот». И а-Шем слышал мольбу нашу и спасал нас от всех врагов, даруя победу!
В праздники и во время приношений корбанот в Мишкане тоже трубили особым звуком в трубы, чтобы весь народ слышал и обращал свои сердца к единой молитве а-Шему.

       ЗАХОРОНЕНИЕ ЖАДНОСТИ

Вместе с евреями вышли из Египта множество народов, обрадовавшихся гибели египетских рабовладельцев. Рядом с нами они стояли и у горы Синай, когда евреи получили Тору. Но немногие из них на самом деле хотели служить а-Шему и стать с нами одним народом. Большинство же, все время хотели лишь получать подарки от а-Шема вместе с евреями, а поклоняться своим идолам и жить по своим законам. Увы! Нашлись некоторые и среди евреев, кто стал учиться плохому поведению у этих злодеев. И стали они жаловаться на то, как тяжело им идти и исполнять заповеди а-Шема. Специально собирались они вместе и громко жаловались друг другу, чтобы услышали и другие, назло а-Шему… И это было очень плохо и некрасиво в глазах а-Шема, спасшего их из египетского рабства, укрывавшего Облаками Славы от жары и врагов, поившего и кормившего их в пустыне, освещавшего им дорогу огненным столпом. Разгневался а-Шем на злодеев и послал пожар… Самые дерзкие из злодеев сгорели в этом пламени, но с ними погибли и главы народа, не следившие как следует за своими ближними, не научившие их благодарности к а-Шему. И взмолились евреи к Моше. Моше горячо помолился а-Шему, чтобы простил Он детей своих. И утих огонь. Это место назвали Тавъера – Пожарище.
Прошло немного времени, и снова стали жаловаться спутники евреев из толпы, вышедшей с ними из Египта. И стали некоторые евреи плакать вместе с ними. «Как нам хочется мяса! В Египте нам не приходилось исполнять заповедей а-Шема. А-Шем бесплатно помогал нам и посылал рыб разводиться в бочках с водой для питья. Как мы скучаем по вкусу огурцов и дынь, лука и чеснока, которые мы ели в Египте! А теперь мы не видим никакой еды, кроме мана!»
Это было очень некрасиво. Ман был самой вкусной едой на свете! Весь он был кругленький и гладенький, прозрачный, как хрустальное стекло. Собирали его евреи и мололи в муку, толкли в ступке или варили в котле. И делали из него пироги и лепешки. Любой вкус можно было почувствовать в мане. Кому хотелось мяса – чувствовал вкус мяса. Кому хотелось варенья – чувствовал вкус варенья. Кому хотелось фруктов – чувствовал вкус фруктов. Только вкус огурцов, дынь, лука и чеснока не давал ман. Потому, что эти продукты вредны и опасны для некоторых людей. А злодеи жаловались и плакали. И говорили: «Зачем а-Шем запретил нам жениться и выходить замуж за своих родных братьев и сестер? Раньше, до дарования Торы, мы могли жениться на ком хотели!» И были такие разговоры и капризы большим грехом. Услышал их а-Шем. И Моше услышал и очень огорчился такому злу и неблагодарности.
Испугался Моше, что снова навлекут злодеи наказание на весь еврейский народ своими грехами. Стал Моше молиться а-Шему: «Разве могу я водиночку научить весь народ правильному поведению и хорошим поступкам? Разве я их родитель, чтобы воспитывать и выносить их из всех бед от Египта до Эрец Исроэль? И откуда я возьму мясо для всех? Ведь один попросит куриного мяса, а другой коровьего, а третий станет требовать козьего – лишь бы найти повод для жалоб! И горе мне видеть, как получает наказание мой народ!»
И ответил а-Шем Моше: «Собери Мне семьдесят праведников – старейшин народа Израиля! И Я отделю от Своей святости, которая сейчас вся на тебе, для них, чтобы стали они тебе помощниками. А народу скажи, что завтра получат они мясо! Целый месяц будут они объедаться мясом, как просили! Пока не полезет это мясо у них в рот от чрезмерной еды! За то, что жалеют они о том, что вышли из Египта!»
«Как можно накормить мясом весь народ?» – удивился Моше.
«Разве есть предел возможностям Моим?!!!» – ответил а-Шем.
Моше собрал по шесть праведников от каждого колена. Всего собралось семьдесят два праведника. Но ведь а-Шем велел собрать только семьдесят! Кто же согласится, что он лишний? Моше сделал жребий между ними, и двое праведников Эльдад и Мейдад вернулись в свои шатры. Когда же а-Шем отделил от святости Своей избранным, то получили они дар пророчества. Но чудо! И те двое, которым пришлось вернуться в свои шатры, тоже получили дар пророчества от а-Шема! Прямо в шатрах опустилась на них святость пророчества и увидели они, что Моше рабейну умрет в пустыне, а в Эрец Исроэль приведет евреев его ученик Йеошуа… Когда услышал об этом Йеошуа, то страшно рассердился он на Эльдада и Мейдада и хотел наказать их за такое пророчество. Но Моше запретил наказывать праведников, ведь пророчество исходит от а-Шема, и пророк не может по своей воле не произнести того, что повелевает ему а-Шем.
А наутро налетел ветер с моря и принес бесчисленное множество птиц, которых называют «слав». Ловили их прямо руками и пекли в печах. На вид – маленькие птички, но были они такими жирными, что раздувались от жира во всю печь! И четырнадцать караваев хлеба подкладывали под них, чтобы не протек жир – так много его было! И те, кто ел их – не мог остановиться, пока не умирал от обжорства, как и обещал а-Шем, в наказание за капризы и жалобы…
Целый месяц продолжалось это обжорство, пока не умерли все злодеи-жадины. Похоронили их там же, и назвали это место «Захоронение обжорства»! И ушли евреи из этого дурного места в Хацерот, где и остановились.

           НАКАЗАНИЕ ЦАРААТ

Когда евреи готовились получить Тору у горы Синай, а-Шем повелел им покинуть своих жен, чтобы каждый очистился от всего материального, и получил Тору в чистоте и святости. Лишь после дарования Торы разрешил а-Шем каждому вернуться к своей семье. Всем, но не Моше! Ведь Моше должен был оставаться в высочайшей чистоте все время. Чтобы мог он в любой момент разговаривать с а-Шемом, спрашивать у Него о заповедях и законах Торы, как это было, когда пришли к нему с вопросом евреи, которые не смогли принести корбан Песах из-за нечистоты. И осталась жена Моше – красавица Ципора – одна в шатре. Увидала это старшая сестра Моше – пророчица Мирьям – и пожалела Ципору. Пришла она к Аарону, своему младшему брату, и сказала ему: «Разве только с Моше разговаривал а-Шем? Со всеми нами разговаривал а-Шем. Почему же Моше покинул свою красавицу Ципору и оставил ее одну?»
Не успел Аарон ответить, как раздался Голос а-Шема: «Аарон и Мирьям! Подойдите к Мишкану, и Я буду говорить с вами!»
«Воды! Воды!» – закричали Аарон и Мирьям, ведь они были не готовы разговаривать с а-Шемом потому, что не оберегались от ритуальной нечистоты! «Нам срочно нужно окунуться в микву, чтобы очиститься для разговора с а-Шемом!» – закричали они. Тут то они и поняли, почему не вернулся к Ципоре Моше! Ведь а-Шем разговаривал с ним в любое время днем или ночью!!! И все время он должен был быть чист и готов к принятию пророчества.
А-Шем укорил Аарона и Мирьям за то, что они говорили плохо о Его любимом и самом доверенном служителе – о Моше. «Это злословие – лашон а-ра!» – сказал а-Шем. И послал страшную болезнь «цараат» в наказание за злословие. Увидал Аарон, как вся кожа Мирьям покрылась болячками цараат и взмолился к Моше: «Моше! Прости нас! Спаси Мирьям от страшного наказания!» Немедля Моше взмолился перед а-Шемом: «О, а-Шем! Излечи ее, пожалуйста!» И а-Шем простил Мирьям ради просьбы Моше, но велел ей целую неделю жить вдали от еврейского стана в одиночестве, чтобы раскаяться в своем грехе. И весь еврейский народ ждал и не двигался с места, пока Мирьям не смогла вернуться в стан. Это была награда Мирьям за то, что и она не ушла, когда ладья с маленьким Моше была опущена в воды Нила, и ждала, чтобы спасти его.
Мы видим, что даже праведникам а-Шем не прощает злословия. Как же мы должны помнить и беречься от этого страшного греха – лашон а-ра!
И покинули евреи Хацерот, и отправились в Паран.

МЕНОРА

А-Шем повелел Моше сделать прекрасный Семисвечник для переносного Храма (Мишкана) в пустыне. Так сложна была форма этого чудесного светильника, что сам Моше не смог понять, как изготовить его. Тогда а-Шем показал ему образ светильника из Небесного Огня. И сказал: «Вот такой светильник сделай мне!». Обрадовался Моше, стал он объяснять Бецалелю, как сделать Менору в точности такой, какую показал ему а-Шем… И снова запутался, не смог объяснить, настолько сложна была форма Меноры. Тогда а-Шем повелел ему положить золото в огонь, и из огня вышла почти готовая Менора. Осталось Бецалелю только чуть-чуть ее подчистить тоненьким напильником от шероховатостей. Этот то Семисвечник и повелел а-Шем зажигать Ааарону. Когда главы колен принесли свои жертвы на освящении Жертвенника, от колена Леви – никто не был вызван. Очень опечалился Аарон – глава колена Леви. «Может быть это из-за моей вины мое колено лишено права принести жертву на освящение Храма?» – подумал он. Увидел его грусть а-Шем и успокоил его: «Твоя доля, Аарон – больше, чем у всех у них вместе взятых! Они принесли корбанот один только раз, а ты – будешь зажигать мне Менору каждый день!» Аарон так обрадовался, что каждый день исполнял заповедь о зажигании Меноры с таким восторгом и рвением, как будто это был единственный и последний раз в жизни. Все мы любим исполнять заповеди. Когда мы узнаем о новой заповеди, то исполняем ее с особенной радостью. Но проходят дни, и мы привыкаем к ней. Она уже не нова для нас. А некоторые и вовсе начинают исполнять ее, не задумываясь, по привычке. Не таков был Ааарон! Каждый день он зажигал менору так, как будто только что получил эту заповедь из уст а-Шема!

           ОСВЯЩЕНИЕ ЛЕВИТОВ

А-Шем повелел коэнам нести службу в Храме. Всего три коэна было вначале: Аарон и два его сына – Элазар и Итамар. Чтобы могли они справиться со всеми работами в Храме, а-Шем дал им в помощь все колено Леви, к которому они принадлежали. Служба в Храме – очень почетна и свята. Восемь дней Моше готовил к ней Аарона и его сыновей, освящая их и наполняя их руки приношениями Всевышнему. Даже их одежды были святы особой святостью Храма. И уж конечно, их помощники – левиты – должны были быть очищены от всякого греха и торжественно представлены перед а-Шемом. А-Шем подробно рассказал обо всем, что нужно сделать левитам, чтобы они смогли нести свою службу при Храме.
Прежде всего, их надо было очистить от тумы (ритуальной нечистоты), связанной с прикосновением к умершим. Известно, что это самая сильная нечистота, которую запрещено вносить на территорию Храма. Очистительной водой, в которой растворен пепел красной коровы, были опрысканы все левиты. Они состригли и сбрили все волосы на теле и окунулись в воды ритуального бассейна – миквы.
До великого и страшного греха поклонения идолу – «золотому тельцу» – первенцы в еврейских семьях приносили корбанот а-Шему. Так было принято во всем мире – первенцы были коэнами – священнослужителями. И среди народов мира, поклонявшихся идолам, и среди египтян – первенцы были служителями идолов. За это и покарал а-Шем первенцев египтян. Великий праведник Шем – первенец Ноаха – был первосвященником а-Шема в городе Шалем (так в его времена назывался Иерусалим). Ему принес дары для а-Шема Авраам, когда вернулся, победив четырех царей, захвативших в плен его племянника Лота. Яаков и Эсав спорили за первенство, чтобы служить в Храме а-Шему. Реувен – первенец Яакова – должен был стать коэном, но за свою ошибку был наказан Яаковом, и священнослужение было передано его брату Леви. В Египте левиты учили Тору, и даже египтяне не посмели порабощать их, как остальных евреев. Когда первенцы принесли жертвы «тельцу» в Пустыне, а-Шем разгневался на них и повелел, что отныне священнослужение переходит к Аарону и его сыновьям. А вместо первенцев им станут помогать левиты. Так левиты стали теми, кто искупил грех «золотого тельца». Когда приносят искупительную жертву за идолопоклонство, то приносящий сбривает все волосы на теле и окунается в микву. Именно так и поступили левиты, а в жертву а-Шему от всего еврейского народа был принесен молодой бычок, подобный тому, которому поклонились в пустыне. Ведь даже те из евреев, которые поклонились тельцу, не собирались отказываться от служения а-Шему. Они думали, что телец станет посланцем между ними и а-Шемом, как до того был Моше. Теперь же, они принесли бычка в жертву а-Шему, чтобы показать, что только а-Шему они верны, и Ему готовы отдать все, даже то, чему поклонялись. Весь еврейский народ собрался, чтобы освятить левитов на служение при Храме. Все евреи возложили руки на них, как это делают с искупительной жертвой. А сами левиты возложили руки на головы бычков искупительной и очистительной жертвы. Так стали левиты заменой первенцам в служении а-Шему до наших дней. Есть мудрецы, которые сказали, что когда будут прощены все грехи и придет Машиах (да наступит поскорее этот радостный день), то священнослужение вернется к первенцам, и мы будем вместе с коэнами и левитами приносить корбанот в Третьем Храме! В наши дни, коэны благословляют евреев в синагоге, как мы учили об этом в предыдущей главе «Насо». А левиты поливают им на руки воду из кружки для омовения рук, очищая их руки перед благословением. Если же нет левита в синагоге, то вместо него может полить на руки коэну первенец.

Пересчет левитов и первенцев.
Выкуп первенцев.
Чистота еврейского стана.
Потерянная ручка.
Праздник Шавуот.

Недельные главы Бэмидбар и Насо 5776, ребе Исроэль

Заканчиваем хумаш Ваикра.
Благословения и проклятия в Торе.
История о больной девочке и листе из свитка Торы.
Хазак, хазак вэ-нитхазэк!
О чем рассказывали прочитанные книги Торы и о чем говорит книга Бемидбар.
Дгалим – знамена.
Пересчет евреев и полушекель.
Книги наследования (сифрей юхасин).
Как евреи располагались вокруг Мишкана. Недельные главы Бэхукотай и Бэмидбар 5776, ребе Исроэль

Перед вами песни которые принято петь в праздник шавуот.

Слова:

 

И вошли все вместе в союз (со Всевышним)Сделаем и послушаем сказали как один

ובאו כולם בברית יחד

נעשה ונשמע אמרו כאחד

1.
Как люблю я Тору твоювесь день я беседую о ней מה אהבתי תורתךכל היום היא שיחתי .2
 Дорога мне Тора уст твоихБольше чем тысячи золота и серебра טוב לי תורת פיךמאלפי זהב וכסף  3.
 Когда сидят евреи и учат ТоруВсевышний говорит своим ангелам

смотрите, смотрите на моих любимых детей

Как забывают они беды свои и занимаются 

радостью моей.

 כד יתבין ישראל ועסקין בשמחת התורה, קודשא בריך הוא אומר לפמליא דיליה

חזו בני חביבי

דמשכחין בצערא דילהון ועסקין בחדוותא דילי

. 4

Святость коэнов и запрет на осквернение их тумой.
Запрет на служение коэнов с увечьем и принесение корбанот с увечьем.
Шломит бат-Диври и ее сын.
Наказание злодея.

Недельная глава (иврит) — Эмор и Бэар

Наама посылает Рут к Боазу.
Заповедь о восстановлении имени умершего родича (ибум).
Подарок Боаза.
Боаз собирает суд мудрецов.
Что такое “халица”?
Свадьба Боаза и Рут.
Смерть Боаза, рождение Овэда и смерть Рут.
Наама становится приемной матерью Овэда.
Овэд – дедушка царя Давида.
Родословная царя Давида.
Шавуот и его обычаи.
Почему умерли Боаз и Рут?

Ребе Исроэль рассказывает Мегилат Рут – урок 3

Намеки Ашема.
Смерть Элимелеха, Махлона и Кильёна.
Наама обучает Рут и Орпу еврейским законам.
Возвращение в Эрец Исроэль.
Упорство Рут в желании стать еврейкой.
Наама и Рут в Бейт-Лехеме.
Боаз – любовь к евреям и цдака.
Рут в поле Боаза собирает колоски.
Первая встреча Боаза и Рут.
Рут рассказывает Нааме о встрече с Боазом.

Ребе Исроэль рассказывает Мегилат Рут – урок 2